Каир — это город контрастов, где эпохи фараонов, исламского средневековья и современности образуют причудливую мозаику. Для многих путешественников знакомство с египетской столицей заканчивается у подножия пирамид, в залах Национального музея или на шумных улочках базара Хан-эль-Халили. За пределами этих туристических маршрутов часто предстает другой Каир: многомиллионный, шумный, с тяжелым воздухом и бесконечными пробками. Однако в этом мегаполисе скрыты уголки, способные удивить даже самого искушенного гостя, — один из них, Гелиополис, и является тем самым «тайным Каиром».
Рождение «Маленькой Европы»
В начале XX века британские колониальные власти, управлявшие Египтом, решили создать для себя комфортабельный анклав вдали от перенаселенного центра. В 1904 году в десяти километрах к северо-востоку от Каира началось строительство «маленькой Европы» — района Гелиополис. Проект возглавил бельгийский инженер Эдуард Эмпейн, который также проложил первую трамвайную линию, связавшую новый пригород со старым городом. Всего за десятилетие на пустынной территории выросли широкие проспекты, монументальные здания, дворцы, парки и церкви, создавшие ощущение европейского города.
От европейского анклава к египетскому району
Изначально Гелиополис был закрытым районом для европейской элиты, в первую очередь британских колониальных чиновников. Однако со временем здесь стали селиться и состоятельные египтяне, что не всегда встречало одобрение со стороны первых жителей. Политический ветер переменился с обретением Египтом независимости в 1936 году, а затем и с приходом к власти Гамаля Насера в 1952-м. Его политика национализации, затронувшая и Суэцкий канал, привела к массовому оттоку европейцев из страны. К концу 1950-х годов Гелиополис превратился в престижный, но уже полностью египетский район, где обосновалась местная зажиточная прослойка общества.
Особого внимания заслуживает дворец самого создателя Гелиополиса, инженера Эдуарда Эмпейна, который стал архитектурным символом той эпохи.
Гелиополис сегодня: тень былого величия
Сегодня Гелиополис полностью поглощен разросшимся Каиром. Широкие проспекты и величественные здания, к сожалению, во многом утратили свой лоск. Многие парки уступили место типовой многоэтажной застройке, а исторические фасады потемнели от пыли и времени. Ирония судьбы заключается в том, что некоторые из бывших британских дворцов нашли новое, весьма значимое применение — в них теперь располагаются президентский дворец и резиденция главы государства, напоминая о том, что история этого района продолжается, пусть и в ином качестве.
