Рыбалка в Испании: поимка сибасов, встреча с Гвардией Цивиль и потеря талисмана

Автор VladESP

Испания, Средиземноморское побережье Коста Бланка Юг.
Для тех, кто следит за моими испанскими приключениями, сегодняшний день обещает быть насыщенным. Наконец-то сбылись ожидания некоторых читателей: сегодня я отлично ловил рыбу, а меня, в свою очередь, пыталась «поймать» полиция. История будет полна острых моментов и неожиданных поворотов.
Итак, раннее утро. Собираюсь на рыбалку. Беру с собой спиннинг, коробку с приманками и, конечно же, мою «испанку» — кастинговую сеть, с которой я уже полностью освоился. Ловлю ей отлично, причем целенаправленно выслеживаю в волнах крупных сибасов весом от 500 грамм до полутора килограммов. После успешной рыбалки обычно отношу улов знакомому хозяину ресторана, дону Педро. Свежая, дикая рыба — редкость в меню местных заведений, поэтому Педро ценит мой улов, а мне это помогает прокормить семью, застрявшую со мной в Испании уже восемь месяцев из-за карантина. Рыболовный бизнес шел успешно. Почему «шел»? Читайте дальше.
Иду на рыбалку. На мне старая советская форма — «афганка»,

советский армейский брезентовый ремень со звездой на пряжке и сандалии. Ремень — древний и самый ценный предмет моего гардероба, он даже успел немного обгореть в десантной БМД. «Афганка» выцвела до белизны от солнца и времени. Панаму сегодня не надел — солнце уже не так палит.
Прихожу на проверенное место. Ветер отжимной, на берег накатывает сильная волна, но в целом море спокойное.
Начинаю ловить на спиннинг. Проходит полчаса, час, меняю позиции вдоль скал — поклевок нет.
Внезапно замечаю в прибойной волне серо-стальную спину крупного сибаса. Отлично, сейчас поймаем.
Быстро сматываю спиннинг и достаю «испанку». Набрасываю сеть на руку, заходу в воду. Крупная рыба лениво шевелит плавниками в скальной ванне, греясь на солнце.
Дожидаюсь, когда набегающая волна накроет рыбину пеной, и делаю бросок. Сеть красиво разворачивается в воздухе и накрывает добычу. Есть! Крупный сибас бьется в сетях, я аккуратно вытаскиваю его на берег. Начало положено. Рыбина весом около полутора килограммов отправляется в садок.
Иду дальше вдоль скал. Вижу еще пару сибасов. Бросок, подбор сети — и еще две крупные рыбины пополняют мой садок.
За последующие полтора часа становлюсь обладателем еще нескольких трофеев. Итого в садке уже плещется пять солидных рыбин.
Солнце постепенно нагревает пляж, появляется все больше отдыхающих туристов. Одни лезут в море, другие прогуливаются мимо.
Решаю передохнуть и погреться на песке. Заодно рыба успокоится и, возможно, снова выйдет на мелководье.

Неожиданный рекорд и первая сделка

Сижу на теплом песке. Море плещет, солнце греет, пальмы шелестят, туристы прогуливаются вдоль кромки воды. Идиллия!
Снимаю мокрые от моря штаны и развешиваю их на веревке, натянутой между деревянными столбиками, ограждающими пляж. В футболке и куртке тоже жарко. Снимаю футболку и надеваю обратно верх «афганки» — длинные рукава и застегнутый ворот защитят от солнца.
Сижу, наблюдаю за морем.
И вот в гребне накатывающей волны снова мелькает крупный сибас. Вода прозрачная, рыба видна как на ладони.
Быстро накидываю сеть на руку и, как есть, в семейных трусах и куртке, бросаюсь в воду. Нельзя упускать момент.
Захожу в воду, замираю, вглядываюсь в глубину. Делаю пару шагов, снова замираю.
Внезапно вижу, как из глубины на меня движется стая крупных сибасов. Один, два, три, четыре... Вот они уже в нескольких метрах.
Завожу руку для броска, жду, когда волна накроет стаю пенным гребнем.
Бросок! Сеть раскрывается в полете и ровным кругом накрывает рыбу. По шнуру передаются мощные удары.
Сколько попало? Одна? Две? Может, все четыре?
Подскакиваю, начинаю выбирать сеть. Она вся ходит ходуном, крупные рыбины молотят хвостами, поднимая тучи брызг.
Наконец сеть сведена. Пытаюсь поднять ее и понимаю — улов огромный. Аккуратно тащу сеть на берег. На песке она выворачивается, и на свет появляются огромные рыбины. Вокруг меня собирается толпа туристов — испанцы, голландцы, англичане. Все ахают и охают.
Подходит испанский спиннингист. Он в восторге и пытается сосчитать рыбу. Он насчитывает девять, я — восемь. Он жалуется, что у него за все утро ни одной поклевки, а тут такая удача!
Не спеша начинаю выпутывать рыбу. Четыре самых крупных — по полтора килограмма. Еще три — около килограмма. И одна поменьше. Итого восемь сибасов общим весом килограммов восемь-девять. Вот это улов!
Больше всех восторгается пожилая испанка. Она просит продать ей пару рыбин. Почему нет? Соглашаюсь на 15 евро за килограмм. Бабушка выбирает двух самых больших, но в кошельке у нее только 20 евро. Она расстроенно смотрит на меня, просит уступить. К тому же весов нет. Вначале отказываю, но тут она приводит железный аргумент: «Посмотри на свой садок. Тебе всю эту рыбу не унести».
Действительно, садок полон. Отдаю ей двух сибасов за 20 евро и в придачу дарю еще одного. Бабушка счастлива, ее муж благодарит, голландцы аплодируют. Сделка состоялась.
Оглядываюсь и замечаю тощего испанца, который злобно и подозрительно смотрит то на рыбу, то на деньги в моей руке. Он стоит в стороне от туристов, одетый в старую рубашку с длинным рукавом и поношенные брюки. Ну да, мало ли тут местных. Отвлекаюсь от него.

Новости МирТесен

Подозрительный свидетель и приближение патруля

Снова закидываю сеть на руку и захожу в воду. Вглядываюсь в глубину, но чувствую на себе чей-то тяжелый взгляд. Оглядываюсь.
Это тот самый тощий испанец сверлит меня глазами-буравчиками. Он отошел в сторону, присел на корточки и что-то прячет в руке — похоже на телефон или кошелек. Присматриваюсь и узнаю его: это местный собиратель морских червей, который обычно копается в прибрежном песке. Сегодня он одет необычно. Теперь понятно: он увидел мой улов и, вероятно, хочет узнать секрет или позавидовать деньгам. Решаю не давать ему шанса.
«Ну уж нет», — думаю я и выхожу из воды. Не видать испанцу русского рыбацкого секрета. Подхожу к вещам, убираю сеть в сумку, достаю спиннинг и начинаю ловить на силиконовую приманку.
Тощий испанец сидит в пятидесяти метрах и неотрывно наблюдает за мной. Он похож на старого удава своей морщинистой кожей и тощим телом, а его взгляд цепок и немигающ.
Пусть сидит, хоть помрет от зависти.
Как будто прочитав мои мысли, испанец встает и уходит вдоль берега.
Снова начинаю ловить на спиннинг. Заброс, второй, третий. И снова чувствую на спине тяжелый взгляд. Оглядываюсь. Вдали, метров за двести, снова сидит тот же испанец. Смотрит и как будто чего-то ждет.
Отворачиваюсь к морю, подматываю леску. Резкий удар, подсечка — и сход. Значит, рыба здесь есть.
На всякий случай оглядываюсь и вижу: по берегу в толпе людей идут двое в форме. Да не просто полицейские, а Гвардия Цивиль. Узнаю их по темно-оливковой форме. Это серьезные ребята, борются с контрабандистами и нелегалами. Неужели по мою душу? Неужели тощий стукач навел?
До патруля метров сто-сто пятьдесят. Народу на пляже немного. Продолжаю ловить и потихоньку двигаюсь вдоль берега. Когда патруль оказывается у меня за спиной, я уже в пятидесяти метрах от своих вещей. Делаю заброс, подматываю. Патруль проходит мимо и подходит к моему садку.
Чертовы сибасы, испугавшись яркой формы, начинают биться в садке, поднимая фонтаны брызг. Спалили меня... Один гвардеец идет к моим сохнущим вещам, другой направляется ко мне.
Я делаю вид, что не замечаю его, и продолжаю ловить. Офицер останавливается у меня за спиной и молча изучает.
Действительно, зрелище: стоит в воде мужик под сто килограммов в советской военной куртке и семейных трусах с якорями, в гидротапках, со спиннингом в руках.
Бросаю приманку вдоль берега и вижу, как второй офицер досмотрел мои вещи и тащит к нам сумку с сетью. Ладно, посмотрим, что будет.
И тут — удар по приманке! Жирный сибас вцепляется в нее. Рыбина бьется на мелководье, и я тихо проклинаю ее: если вытащу, протокол и штраф обеспечены.
Офицеры переговариваются у меня за спиной.
Наконец сибас заводит леску за камень. Делаю рывок — леска лопается. Ура, рыба ушла! Изображаю на лице разочарование и оглядываюсь. О, Гвардия Цивиль, здравствуйте. Развожу руками, показывая, какая крупная рыба только что сорвалась.
Старший офицер улыбается и снова становится серьезным. Ему лет сорок пять, седоватый, крепкий. Форма отутюжена, на боку пистолет, за поясом наручники, на груди рация.
«Говоришь по-испански?» — спрашивает он.
«Нет, только по-английски». Хотя говорю, конечно, но на английском будет больше времени на обдумывание ответов.
«Это твои вещи?» — показывает на мои штаны и сумку.
Знаю я эти уловки. «Нет, не мои», — отвечаю.
«А где тогда твои штаны?» — показывает на мои семейные трусы.
«Да вон там», — неопределенно махаю рукой вдоль берега.
«Где твои документы? Предъяви».
«Здесь нет. Они в съемной квартире».
«Где живешь? Адрес?»
Я знаю, что эта территория — на стыке зон ответственности двух подразделений. Видел, откуда пришли гвардейцы, и называю адрес, относящийся к зоне другого отдела.
Второй сотрудник пытается меня запутать, называя соседний город. Но старого десантника не проведешь.
«Нет, я арендую квартиру в другом городе. Вы перепутали адрес».
Понятно, что после такого меня не задержать без оснований.
Первый офицер, опытный, понимает, что рыбак не так прост.
«Ты откуда? Какая национальность?»
«Я русский рыбак. Из России».
«А, из России. Ну тогда все понятно». Похоже, у русских здесь репутация упрямцев и прохиндеев.
«Лицензия на рыбалку есть?»
«Нет, нету». Вот он, уязвимый момент.
«Ну тогда собирайся и пошли со мной».

Развязка на берегу

Спокойно складываю спиннинг, оглядываюсь. Туристов с пляжа как ветром сдуло. Только тот тощий испанец стоит в отдалении и пританцовывает от нетерпения. Ну-ну, потанцуй.
Иду за офицером к садку. Рыба, почуяв людей, начинает громко плескаться и бить хвостами.
«Хороший улов... Твоя рыба?»
«Нет, не моя. Моя рыба сорвалась и уплыла», — сокрушенно развожу руками.
«Ну а тогда чья?»
«Да тут много рыбаков. Наверное, чья-то».
Офицеру не хочется лезть в воду. «Достань-ка рыбу», — просит он.
Шагаю в воду, достаю садок. Он тяжелый, еле поднимаю.
«Да, хороший у тебя сегодня улов. Удачный день», — смотрит на меня, что-то прикидывает и неожиданно говорит: «Выпускай».
Без колебаний развязываю садок и вываливаю его содержимое в воду. Огромные рыбины молниеносно скрываются в глубине.
Отдаю пустой садок офицеру. Он хитро усмехается и вопросительно смотрит на меня. Я пожимаю плечами.
Подходит второй офицер. В одной руке у него мои штаны от «афганки» с вдетым в них брезентовым ремнем со звездой, серпом и молотом, в другой — футболка и старые шорты. На песке перед нами — моя сумка с сетью и коробка с блеснами. Этот офицер молод, приземист и зол. Он внимательно смотрит на меня, на спиннинг, оглядывает пляж. Народа почти нет.
Говорю старшему: «Ребята, я уважаю вашу работу, но это не моя рыба и не моя одежда». Испанец смотрит мне в глаза. Я улыбаюсь уголками губ, он отвечает легкой улыбкой.
«Я могу идти?» — спрашиваю.
Тот оглядывается на коллегу: «У тебя есть вопросы?»
Тот пожимает плечами, отворачивается.
«Да, ты можешь идти», — говорит старший гвардеец.
Спокойно иду вдоль берега, потом ухожу в барханы и оглядываюсь. Офицеры о чем-то переговариваются по рации, а вокруг них скачет тот самый тощий собиратель червей.
Добравшись до дома, выпиваю стакан вина и сокрушаюсь о потерях. Жалко сеть, жалко штаны от «афганки». Но больше всего жаль мой армейский брезентовый ремень с бляхой.
Когда-то, более тридцати лет назад, во время службы в Советской Армии, я «подрезал» этот ремень на полковом складе. Он был исключительно хорош — не растягивался под весом магазинов, удобно было с ним вытаскивать тяжелый аккумулятор из БМД. Он был моим боевым талисманом, прошел со мной множество переделок, был прожжен и потерт, но всегда служил верно. И вот сегодня он пал в неравном бою с морскими сибасами и спецслужбами страны НАТО. Вечная ему память...
Читатель спросит, не пытался ли я найти свою сеть, форму и ремень? Пытался, предпринял целую операцию, но все поиски оказались безрезультатны.
Любое совпадение с реальными людьми и событиями является художественным вымыслом автора. Любые совпадения случайны.
Конец истории. А может, у нее будет продолжение...