Суровый быт и высокие заработки: как живут и работают трактористы в ямальской тундре

Наш путь по бескрайней тундре Ямало-Ненецкого автономного округа в ту ночь был настоящим испытанием. Полночи мы с трудом пробивались по едва заметному следу зимника, которого нет ни на одной карте, пока, обессиленные борьбой с арктической пургой, не погрузились в сон прямо в машине.

Неожиданная встреча в снежной пустыне

Утром, выйдя наружу, мы с удивлением обнаружили, что были не одни. В сотне метров от нас стоял целый санно-тракторный поезд: четыре мощных бульдозера «ЧЕТРА» и жилой балок на полозьях. Из-за сильнейшей метели мы просто не разглядели их огней в ночи.

Решив познакомиться, я открыл дверь балка, и меня окутала волна горячего воздуха, пахнущего едой. Внутри оказалась дружная бригада из шести работяг, которые с радушием приняли нежданных гостей.

Работа и вызовы в Арктике

Как выяснилось, мужики уже четвертый день пробирались через пургу по Гыданскому полуострову. Их задача — эвакуировать технику с недостроенного зимника, с которым не справилась другая бригада дорожников. Это типичная для севера ситуация, где планы часто рушатся под натиском стихии.

Работники оказались общительными и с удовольствием рассказали о своей жизни в суровых условиях. Это самостоятельная бригада, все они местные, живут неподалеку — по меркам тундры, конечно. Триста-четыреста километров напрямик здесь считаются обычным расстоянием, ведь зимой ездят только так, по замерзшей земле.

Лидер бригады и его история

Бригаду собрал и возглавляет Хасан, узбек, который много лет назад судьбой был заброшен на Ямал и остался здесь навсегда. Интересно, что могло задержать в этой холодной, бескрайней тундре человека из теплой Средней Азии? Деньги, как выяснилось, были не главной причиной.

Работают они на своих мощных бульдозерах «ЧЕТРА». Дела здесь всегда найдутся для тех, кто готов трудиться и зарабатывать долгими зимними месяцами вдали от цивилизации. Однако без минимального комфорта в таких условиях не выжить. Кабина трактора с печкой — это хорошо, но для долгих переездов по ухабистой тундре она слишком тесна и неудобна.

Быт в передвижном доме

Основную часть времени между рейсами бригада живет в обустроенном балке. Это их главная крепость в тундре. Капельная печка на солярке обеспечивает тепло даже в лютые морозы. Кому-то обстановка может показаться спартанской, но в условиях Арктики такой быт — уже роскошь.

В балке есть все необходимое для автономной жизни: дизельный генератор, спутниковое ТВ, баки для растопки снега в питьевую воду, умывальник и сушилки для одежды. В центре стоит обеденный стол, а вдоль стен расположены лежаки с матрасами. С провизией проблем нет — продукты хранятся в естественной морозильной камере прямо на улице.

Северные заработки

В таких условиях мужики могут жить и работать неделями, выполняя подрядные работы. На текущий выезд они рассчитывали дней за десять, чтобы потом вернуться к более стабильным контрактам. Разговор невольно коснулся и финансовой стороны их труда.

На вопрос о заработке трактористы ответили, что суммы сильно разнятся и зависят от конкретной работы. Однако после вычета расходов на топливо и запчасти (техника в суровых условиях ломается часто) чистыми на руки может оставаться несколько сотен тысяч рублей за месяц.

В целом, за зимний сезон на такой технике можно заработать несколько миллионов рублей. Это позволяет в остальное время года либо заниматься другой, менее суровой работой, либо просто отдыхать — выбор за каждым.

Подписывайтесь на наш раздел, делитесь материалами с друзьями — впереди еще много интересных историй!

Самые свежие репортажи и путешествия вы также можете найти в моем Instagram — присоединяйтесь!


Творчество Виктора Пелевина неизменно привлекает внимание читателей. Его произведения отличаются актуальностью, оригинальностью сюжетов и не...
Добро пожаловать на наш обновленный ресурс! Хотя это первая публикация на данной платформе, она знаменует важный этап — не просто старт, а в...
История успеха российского охотника Александра Микнюка, который наконец-то добыл долгожданный трофей — могучего старого кабана, — стала ярки...