История началась с неожиданного открытия в лесостепной зоне. Во время одной из вечерних вылазок к озёрам, целью которой было просто найти утиные места и насладиться закатом, я заметил нечто странное. Над лесом, где, казалось бы, не должно быть водоёмов, кружили многочисленные стаи уток. Это было уже в середине сентября, время, когда птицы обычно разлетаются, но здесь они собирались в большие группы, будто что-то их манило.
Тайна ивового болота
Мы отправились на разведку и обнаружили обширную, почти километровую в диаметре, заболоченную местность, поросшую ивой. Местные называют такие места «ивами» — это труднопроходимые топи, густо заросшие лесом и кустарником. Края этой «ивы» были окружены берёзово-осиновым лесом, а внутри царил хаос из болотной берёзы, осины и непролазных зарослей мелкой ивы. Пробиться сквозь них было невероятно сложно: ветви сплетались в упругую сеть, на которой можно было повиснуть, исчерпав все силы.
Облачившись в рабочую одежду и взяв снаряжение, мы начали прочёсывать местность. Я шёл впереди, как главный разведчик, ориентируясь на густоту зарослей. По мере продвижения ивняк становился всё плотнее, начал появляться камыш, а затем и кочки высотой по колено. Вскоре в просвете между стеблями мы увидели воду.
Заветная лужа и первая добыча
Перед нами открылась небольшая, скрытая в камышах лужа размером примерно 30 на 100 метров. Вода в ней доходила чуть выше колена, а по краям возвышались стенки тростника. Едва мы вышли на открытое пространство, как десятки уток с шумом взмыли в воздух. Последовали выстрелы, и несколько птиц пополнили нашу добычу. Мы решили, что это идеальное место для засады: утки с полей наверняка вернутся сюда после заката. Устроившись на кочке, мы стали ждать.
Сумерки сгущались, и вот, прямо перед наступлением темноты, утки начали возвращаться. Большие стаи кружили над нами, слева и справа, прежде чем сесть на воду. Началась интенсивная стрельба из четырёх ружей. Чтобы не мешать друг другу, мы договорились стрелять только тогда, когда утки заходили на посадку над самой лужей. Это принесло отличные результаты: иногда нам удавалось вспугнуть стаю несколько раз, и в итоге птицы садились прямо перед нами, становясь лёгкой добычей. Однако этот азарт длился недолго, всего 10-15 минут, пока ночь окончательно не вступила в свои права.
Ночной марш-бросок
И тут встал главный вопрос: как выбираться обратно? Включив шахтёрские фонари, мы увидели перед собой лишь сплошную стену камыша. Я приказал остальным выключить свет и, ориентируясь по звёздам и внутреннему чувству направления, повёл группу сквозь чащу. Остальные, тяжело дыша и проклиная всё на свете, шли следом. Через сорок минут изнурительного пути мы наконец вышли на сухую поляну в ста метрах от машины. Я немного отклонился от курса, но мои навыки ориентации в темноте не вызвали у спутников сомнений.
Сусанино: болото, оправдывающее имя
Это место стало нашей регулярной охотничьей точкой. Наша меткая стрельба быстро сделала нас известными среди местных, которые с завистью поглядывали на окрестные озёра. Чтобы не привлекать лишнего внимания, мы маскировались и подъезжали к опушке леса потайными тропами. Однако сорокаминутный переход туда и обратно отбивал всякое желание. В эпоху до Google Maps я нашёл альтернативный, более короткий путь с другой стороны болота, который занимал всего десять минут. Но была загвоздка: вход был узкой тропой между двумя островами густого ивняка. Сбиться с неё ночью было проще простого, а вернуться на путь — почти невозможно. Мы прозвали это место «Сусанино» за его коварную способность заводить путников в глушь, и оно полностью оправдывало своё название.
Однажды в конце сентября мы с братом отправились в Сусанино за упитанной уткой.
Обратите внимание: Что есть правильная охота.
Пока мы переодевались у спрятанной в лесу машины, до нас донеслось тихое, но знакомое кудахтанье. Мы взглянули вверх и увидели двух серых гусей. Они улетели вглубь полей и сели на стерню посреди огромного убранного пшеничного поля, абсолютно открытого и ровного, как стол. Решив, что подкрасться к ним нереально, мы махнули рукой и отправились к своим заветным кочкам на болоте.
Рассветная идиллия и неожиданный трофей
Осенний рассвет в таких местах — это нечто особенное. Сидишь в тишине, и кажется, будто всё небо лежит на ладони. Огненная заря отражается в неподвижной болотной воде, окрашивая камыши и ивы в багряные и золотые тона. Воздух кристально чист, мир замер, и в этой абсолютной тишине слышен даже стук собственного сердца. В такие моменты нахлынывают воспоминания, смешанная грусть и тихая радость.
Идиллию нарушил громкий шум слева. Я вздрогнул и увидел, как между нами пролетел гусь и рухнул в кочку. Второй исчез в камышах так быстро, что я не успел выстрелить. Зато мой брат, заметив птиц позади, одним метким выстрелом сбил одного. Восторг был неописуемым! Мы также подстрелили несколько уток, включая жирную дикую крякву, что стало приятным бонусом. Рассвет угас, и началась осенняя ночь.
Ночной кошмар в лунном свете
Поздравив друг друга, мы сложили трофеи в мой рюкзак и приготовились к возвращению. Небо было усыпано звёздами, светила яркая луна, заливая всё вокруг мягким голубоватым светом. И тут началось самое сложное. Возможно, из-за этого лунного света, но в тот вечер мой внутренний компас отказал. Мы шли по, казалось бы, верному маршруту, но меня постоянно уводило в сторону, пока мы не упёрлись в непроходимую стену из ивняка, тянувшуюся на полкилометра.
Каждый шаг давался с невероятным трудом. Приходилось опираться на сплетённые ветви, делать шаг, продираться, снова вставать. Мы выбивались из сил, ругались, отдыхали и снова шли. Фонари были бесполезны — их луч просто упирался в непроглядную стену веток. Шли мы так около полутора часов в гробовой тишине. Гусь и утки в рюкзаке оттягивали плечи, словно превратившись в тяжёлые шлакоблоки. Длинные ветви ив хлестали по лицу и рукам, как плётки. В призрачном лунном свете эти заросли казались бесконечной, живой стеной, а нам начало чудиться, что местные лешие или кикиморы водят нас по кругу, чтобы замучить до смерти.
Спасение и возвращение
В какой-то момент, отчаявшись, я решил просто идти на луну, надеясь, что чаща когда-нибудь кончится. И она кончилась. Примерно через полтора часа мы неожиданно вывалились на сенокосный луг и рухнули от изнеможения. Мы пролежали минут десять, не в силах пошевелиться. Нас мучила жажда, руки, лица и шеи были исцарапаны и горели. Молча поднявшись, мы ещё больше километра тащились к машине на ватных ногах.
Выпив всю воду, мы молча поехали домой. Комбинезоны были изодраны в клочья. Сусанино вновь подтвердило свою репутацию. До сих пор, вспоминая ту охоту, гуся в рюкзаке и тот бесконечный ночной путь, мы с братом не можем сдержать улыбку — теперь уже от осознания пережитого приключения.
Больше интересных статей здесь: Туризм.
Источник статьи: Гусь и утка в рюкзаке уже превратились в шлакоблок. Охота в Сусанино.
