Много лет я мечтал об охоте на марала в конце сезона, и только в этом году моя мечта наконец сбылась. Хотя самый азартный период — гон, когда самцы наиболее активны, даже тогда нет гарантии встречи с настоящим трофейным гигантом. Крупные, опытные самцы, собрав гаремы, предпочитают скрываться в самых глухих и густых участках тайги. На призывной звук манка чаще откликаются молодые олени, которые, движимые инстинктами, выходят из укрытий, но они редко бывают достойными трофеями.
Цель поездки: зимовье и ценные рога
На этот раз мы отправились в места зимних стоянок маралов-самцов. Местные проводники знают эти угодья досконально, ведь весной они собирают здесь сброшенные рога — панты, которые в Китае ценятся очень высоко и приносят коллекционерам немалый доход. Работа эта нелегкая: нужно на лошадях добраться до труднодоступных мест, найти рога, а затем аккуратно, не повредив, доставить их обратно, ведь целые экземпляры стоят дороже.
Прибыв на охотничью заимку к проводнику Ермеку, я увидел оседланных лошадей. Мы быстро обсудили план: из-за ранних сумерек и скользких, покрытых настом склонов лошадей нужно было подковать специальными зимними подковами с шипами. Маралы, в отличие от людей, живут по своим биологическим часам: на пастбища они выходят с рассветом и с первыми лучами солнца уходят в лесную чащу.
Суровое начало: мороз и предрассветный подъем
Стоял лютый холод, около -30°C, и предстоящий шестичасовой конный переход был серьезным испытанием. Мы решили выехать затемно, в четыре утра, чтобы к рассвету быть в районе, богатом весенними находками рогов. После недолгого чаепития мы попытались заснуть, но казалось, что голова только коснулась подушки, как уже пора вставать. Самым сложным было вылезти из теплого спальника в ледяную тьму. Собрав волю в кулак, я оделся и вышел. Горный пейзаж освещался бледным светом полумесяца, отбрасывавшего причудливые тени от елей, а в ледяном воздухе ярко мерцали звезды. Холодный ветер, стекавший по ущелью, обжигал лицо.
Тропа петляла по сложному рельефу: крутые подъемы сменялись спусками в каньон, путь шел вдоль замерзшей реки, а затем снова уходил вверх, на плато, откуда открывался обзор на лесную зону. По пути нам встречались косули, уже сбросившие рога. Они, словно чувствуя, что не являются нашей целью, непугано отбегали в сторону и наблюдали за нами.
Первая встреча и долгое ожидание
Ермек спешился и повел коня к можжевеловой роще. С гребня скалы дул пронизывающий ветер, а на горизонте занималась золотисто-алая заря. Вглядевшись в ельник на противоположном склоне, мы разглядели одного оленя, затем второго, третьего... Но было еще темно, и рассмотреть рога на расстоянии в несколько километров было невозможно. Вдруг слева, купаясь в первых лучах солнца, как на картине, замер молодой олень. Он нас не интересовал. В этот момент Ермек жестом подозвал меня и, не отрываясь от бинокля, прошептал: «Смотри, у рощи три быка. Один из них очень воспитанный».
Я навел камеру и был поражен размерами самца, но, когда он развернулся, стало видно, что рог у него только с одной стороны — «единорог». Солнце полностью осветило склон, и олени, словно по команде, начали скрываться в лесу. Через полчаода от них не осталось и следа. Проводник предложил отпустить лошадей и ждать, пока животные выйдут на солнцепек. Мы спустились вниз, вскипятили чай, позавтракали и даже вздремнули, чтобы скоротать время.
Заняв позицию за скалой напротив того места, где скрылись олени, я стал ждать. Дальним ориентиром служила одинокая ель в пятистах метрах.
Обратите внимание: Что есть правильная охота.
Время тянулось медленно. По рации Ермек сообщил, что видит пасущихся животных, но я так и не смог их увидеть или приблизиться. Таковы законы охоты. Мы решили вернуться, а на следующее утро проверить другое место, где, по словам проводника, он находил самые крупные рога.Опасности пути и неудачи второго дня
Возвращались затемно. На скользкой тропе моя лошадь оступилась и рухнула на бок. Я успел спрыгнуть, подставив руку, но при этом карабин ударился об лед и больно вдавился мне в грудь. Отдышавшись и убедившись, что все в порядке, с помощью Ермека я вновь сел в седло. Зимние горные тропы беспощадны. Ночью я не мог уснуть от боли в груди, и только обезболивающее из походной аптечки принесло облегчение.
На второй день путь до места охоты занял около пяти часов. Лошадь снова поскользнулась на льду, но на этот раз падения удалось избежать. Добравшись, мы застали горы в плотном тумане. Дождавшись его рассеивания к полудню, мы оставили лошадей и пешком отправились на противоположную сторону леса на разведку. Внизу паслось с десяток косуль, но все самцы были молодыми и некрупными. Ермек ворчал, недоумевая, куда подевались достойные трофеи. Просидев до вечера безрезультатно, мы отправились в обратный путь.
Дорога обратно казалась бесконечной. Усталость, холод, усиливающийся мороз... Чтобы облегчить участь лошадей, приходилось часто спешиваться и сбивать лед, намерзающий на их копыта. Наконец тропа свернула с плато в лес, и вскоре послышался лай собак — верный признак близости теплой избы, горячего чая и мягкой постели.
Третий день: решающая встреча
На третий день мы вернулись в район первой вылазки. Сценарий повторился: мы нашли оленей, проследили их путь к месту дневки и сами спустились в каньон, чтобы занять позицию для ожидания. Погода была пасмурной, пахло снегом, а хвоя елей была покрыта инеем, который осыпался, как пыльца. Чтобы лошади не замерзли, мы сняли с них седла. В какой-то момент выглянуло солнце, и, выйдя погреться на опушку, я краем глаза заметил в центре поляны спокойно пасущегося марала.
Вернувшись к Ермеку, мы начали скрадывать. Последние несколько сотен метров до рубежа в 500 метров мы проползли по-пластунски по открытому южному склону. Я быстро установил карабин на сошки, внес поправки в прицел и дал знак напарнику наблюдать за результатом выстрела.
Не мешкая, я поймал перекрестье прицела на лопатку оленя и нажал на спуск. Звук выстрела гулко прокатился по ущелью. Олень прыжком рванул в ельник. Пока я спускался, Ермек вернулся за лошадью и догнал меня на склоне. На месте, где стоял зверь, мы нашли несколько капель крови и клочья шерсти, сбитые пулей. Вскоре в лесу мы обнаружили поверженного великана, рухнувшего под сенью ели.
На этой отрадной ноте завершилась моя самая суровая и холодная охота на марала. Тот самый «единорог» так и не вышел ко мне, но я искренне надеюсь встретить его в новом сезоне.
Больше интересных статей здесь: Туризм.
Источник статьи: Неуловимый гигант. Моя северная охота на марала.
