Бывают дни, когда необъяснимо хочется творить — взять кисти, краски и вдохнуть новую жизнь во что-то обыденное и забытое. Сам процесс, а не результат, становится главной целью, превращаясь в своеобразную арт-терапию.
Неожиданная находка и начало работы
Однажды утром меня охватило именно такое настроение. Поиски на хозяйственном дворе привели к стопке старых досок, оставшихся после ремонта. Среди них оказались несколько крепких экземпляров, не полностью тронутых временем и жучками. С помощью гвоздодёра, найденного в сарае, я удалила ржавые гвозди, а затем всего за несколько минут обработки наждачной бумагой древесина обрела второе дыхание и стала выглядеть почти как новая.
Следующим счастливым открытием стали банки с краской и кисти, которые также ждали своего часа в том же сарае. Всё было готово для творческого процесса.
Рождение первой картины: ностальгия по воде
Оставался главный вопрос: что изобразить? Мой принцип прост: я рисую то, о чём думаю в данный момент. Мысли обратились к беззаботному детству, к воспоминаниям о катании на лодке по великим рекам — Волге и Днепру. И вот на серой поверхности доски сами собой начали появляться образы воды, рыбы и одинокого паруса.
Философские размышления и вторая работа
После небольшого перерыва на кофе я взяла следующую доску. На этот раз мысли унеслись в литературную сферу, к творчеству Владимира Набокова. Возможно, это связано с тем, что наше поколение сформировало особенно сложное понимание любви. Мы росли на классической русской литературе, воспитывавшей романтизм и представление о любви как о фундаменте семьи. Однако эпоха перемен открыла нам других авторов — Лимонова, Керуака, того же Набокова, — которые показали, что любовь может быть игрой, острым приключением или纯粹 физиологическим наслаждением, свободным от обязательств.
Мне всегда казалось, что за фигурой Набокова стоит тень Александра Вертинского. Хотя они и не были знакомы, в их творчестве любовь часто предстаёт ироничной смесью трагедии и комедии, замешанной на страсти и лёгком безумии.
Под влиянием этих размышлений родился образ рыбы-Пьеро. Чёрно-белая, словно шахматная доска, жизнь, разбитое сердце и неизбежные кляксы-пятна — всё это легло в основу второй работы.
Затем на ещё двух досках появились рыбки-путешественницы: одна напоминала караван верблюдов в пустыне, другая — томный вечер «под пальмами сонной Вампуки».
Искусство как медитация и возвращение к реальности
Рисование — это прекрасное, почти медитативное занятие, которое позволяет упорядочить мысли и эмоции. После такого творческого сеанса появляется удивительная энергия для простых, земных дел: прополоть грядки в огороде или сварить большой кастрюлю борща для семьи. Ведь помимо отдыха в тени с кисточками, есть и обычные хозяйственные хлопоты, которые тоже приносят радость.
Перебирая в памяти прошлое и размышляя о наступившем будущем, которое сложилось не совсем так, как мечталось в юности, понимаешь: жизнь, в общем и целом, всё равно остаётся хорошей и наполненной смыслом, особенно когда в ней есть место для такого простого и искреннего творчества.
