Сегодняшнее объявление мэра Москвы Сергея Собянина вызвало неоднозначную реакцию среди жителей столицы. С одной стороны, режим самоизоляции и пропускной системы продлён до 14 июня, а с другой — москвичам официально разрешили выходить на прогулки. Это сочетание послаблений и ужесточений ставит многих в тупик.
Что на самом деле изменилось?
Информационный поток после заявления был противоречивым. Если обобщить основные пункты, картина выглядит так: базовый режим самоизоляции не отменён, а продлён. При этом вводятся новые правила: обязательное ношение масок и перчаток в общественных местах теперь контролируется строже. Одновременно с этим открываются магазины непродовольственных товаров, но сфера услуг (парикмахерские, салоны красоты и т.д.) по-прежнему закрыта. Разрешение на прогулки стало главной новостью дня.
Такое нагромождение правил — где-то послабление, а где-то ужесточение — сбивает с толку даже самого здравомыслящего человека. Сложно понять общую логику и конечную цель принимаемых мер.
Город в подвешенном состоянии
Наблюдая за жизнью Москвы последние недели, можно заметить расколотую реальность. Часть города живёт почти в обычном ритме: люди на улицах, работают многие магазины, банки, организации. Однако другая часть — как бизнес, так и люди — остаётся в своеобразном анабиозе. Значительное число москвичей по-прежнему вынужденно заперты в своих квартирах, а многие предприниматели не могут вести деятельность.
Новые правила прогулок: строгий график
Особое внимание привлекли детали разрешённых прогулок. Власти опубликовали график, согласно которому гулять и заниматься спортом на улице можно только в определённые часы, в зависимости от адреса проживания. Эта система с графиком и, вероятно, контролем за её соблюдением, у многих вызвала не самые приятные ассоциации.
Подобная регламентация свободного времени граждан напоминает порядки, далёкие от обычной городской жизни, что добавляет ощущение искусственности и чрезмерного контроля.
Кризис управления или вынужденный манёвр?
Глядя на всю эту ситуацию, складывается впечатление, что власти оказались в ловушке собственных earlier решений. Возможно, были допущены ошибки в оценке сроков и последствий ограничений. Теперь же они столкнулись с дилеммой: резко отменить всё нельзя — возникнут справедливые вопросы о смысле перенесённых трудностей. Но и постепенная отмена, как мы видим, порождает абсурдные и противоречивые правила, которые больше похожи на сценарий из антиутопического фильма, чем на продуманную стратегию выхода из кризиса.
Остаётся надеяться, что в ближайшее время логика и последовательность в действиях властей всё же возобладают, и Москва сможет вернуться к нормальной жизни без ощущения «строгого режима».
