Фотография кислотного озера в кратере вулкана Иджен — это тот самый магнит, мимо которого невозможно пройти. Именно она заставила меня преодолеть пол-острова Бали на мопеде, а затем переправиться на Яву. Цель была ясна: увидеть собственными глазами это фантастическое место, где среди ядовитых испарений местные рабочие добывают серу.
План одиночного приключения
Я сразу отказался от организованных туров. Во-первых, не видел смысла переплачивать за то, что мог организовать сам. Во-вторых, мне претила сама мысль осматривать кратер в толпе туристов под присмотром гида. Гораздо привлекательнее звучала идея самостоятельного ночного похода к вулкану, наполненному сероводородом, с его кислотным озером и легендарным голубым пламенем. Это было вызовом, на который я не мог не ответить.
Добравшись на пароме до Явы и заселившись в отель, я арендовал мопед. Снаряжение — маску и фонарик — без проблем купил в ближайшей турфирме, потратив полчаса на отказ от услуг гида.
Изучив расписание туристических групп, я выяснил, что все они стартуют между 1 и 2 часами ночи. Чтобы опередить толпу, нужно было выдвигаться раньше. Поставив будильник на полночь, я отправился спать.
Дорога в темноте
Проснувшись и перекусив бананом, я отправился в путь. Предстоял часовой ночной маршрут: сначала по пустынным городским улицам, затем по тёмной загородной трассе. Примерно через полчаса начался горный серпантин, и мне повезло — я нагнал троих рабочих, ехавших на вулкан в ночную смену. Их легко было узнать по высоким резиновым сапогам. Пристроившись к ним, я продолжил путь: четыре фары в ночи куда безопаснее одной.
Так я и добрался до стартовой точки. Вокруг были только рабочие, но туристическая касса уже функционировала, и за вход пришлось заплатить около 500 рублей.
Восхождение к кратеру
Далее началось пешее восхождение. Подъём в гору занял около полутора-двух часов. По пути мне встречались лишь местные рабочие. Идти в темноте было непросто, но в итоге я достиг кромки кратера.
Добравшись до вершины, я осознал, что самое сложное впереди — спуск непосредственно в кратер.
Уточнив направление у отдыхающего рабочего, я начал спускаться к кислотному озеру. Резкий, едкий запах сероводорода ударил в нос сразу, как только я пересёк край кратера. Страх был неподдельным.
Спуск оказался ещё более экстремальным, чем подъём. Чёткой тропы не было — лишь узкая дорожка среди камней, которую в темноте было трудно разглядеть. Я несколько раз сбивался с пути, опасно приближаясь к обрыву. Неожиданно догнав русскоговорящую пару, вышедшую ещё раньше, я несказанно обрадовался. Планировать одиночный спуск — одно дело, а осуществлять его — совсем другое. Стало ясно, что небольшая компания в такой ситуации — большое подспорье.
Великое разочарование
Втроём мы наконец достигли дна. Но то, что нас встретило, имело мало общего с рекламными фотографиями. Вместо фантастического зрелища — густые клубы ядовитых испарений, удушливый запах сероводорода, от которого не спасала даже маска, и три фигуры рабочих вдалеке.
А «голубой огонь» оказался скромным синим пламенем, по интенсивности сравнимым с четырьмя газовыми конфорками. Никакого ощущения нереальности, магии или величия. Просто слегка загадочное, но в целом рядовое явление.
Мы выключили фонари, надеясь в полной темноте почувствовать себя на другой планете, но чуда не произошло. Атмосфера, безусловно, была уникальной, но я отчётливо понял: попал на один из самых громких туристических «разводов». Сам голубой огонь оказался полным провалом. Впрочем, само приключение — ночная дорога, восхождение и спуск — было захватывающим.
К счастью, кульминацией ночи стал не этот огонь, а рассвет, который мне предстояло встретить на вершине. Он и стал самым ярким впечатлением за весь месяц в Индонезии. Но об этом — в следующий раз.
Подписывайтесь на мой канал, чтобы увидеть фотографии того самого рассвета и не пропустить ежедневные истории из путешествий по Азии. Хорошего дня и крепкого здоровья!
