Хотя вопрос с принятием поправок, на мой взгляд, был решён задолго до голосования, я всё же решил исполнить свой гражданский долг, даже находясь в путешествии по северу Вьетнама. Это было похоже на снятие некоего внутреннего груза, несмотря на кажущуюся неоправданность траты времени и сил.
Дорога к бюллетеню
Путь к урне оказался неблизким. Вместе с товарищем нам пришлось преодолеть путь от китайской границы до столицы Вьетнама, Ханоя, что заняло два с половиной дня. Однако к назначенному сроку мы прибыли, чтобы зафиксировать своё волеизъявление.
Этот опыт оказался по-своему ценным. Раньше мне не доводилось бывать в российских посольствах за границей. Так что, даже если мой голос не имел решающего значения, я удовлетворил своё любопытство и увидел, как организован этот процесс за рубежом.
Встреча у ворот
По адресу посольства нас встретили массивные железные ворота и трое молодых вьетнамских военных. Было два часа дня, и в обычные дни в посольстве в это время идёт длительный обеденный перерыв — с 12 до 16. Настоящая сиеста! Но в день голосования график, очевидно, был изменён, и сотрудники работали без перерыва.
К нашему удивлению, одновременно с нами подъехала ещё пара молодых людей. Честно говоря, я не ожидал встретить здесь соотечественников, но ошибался.
Позвонив в домофон, мы были встречены высоким мужчиной в белой рубашке и брюках. Он был вежлив, но в его манерах и осанке чувствовалась некая суровость, напомнившая мне охранников из лихих 90-х. Создалось впечатление, что встречать гостей — не его основная обязанность. Промелькнула даже мысль о сотруднике спецслужб, но это, конечно, лишь догадки. Он проводил нас внутрь для голосования.
Архитектурный шок
Первое впечатление от здания посольства было, без преувеличения, ошеломляющим. Кто был архитектором этого проекта, мне выяснить не удалось, но, подходя к воротам, я ощутил, будто меня ведут не голосовать, а на верховный межгалактический суд. В воображении рисовался зал, где Дарт Вейдер зачитывает обвинения. Архитектура показалась мне агрессивной и подавляющей. С таким фасадом, пожалуй, и правда не нужно много охраны — трёх молодых солдат вполне достаточно, чтобы отпугнуть непрошеных гостей одним лишь видом здания.
К счастью, в зал межгалактического трибунала нас не повели. Пройдя вторые ворота и рамку металлодетектора, мы двинулись дальше по территории. Я тайно надеялся увидеть здесь символ России — белые берёзки, но вместо них росли лишь тропические пальмы, напоминая о нашем географическом положении.
Процедура голосования
Наконец мы прибыли в помещение избирательной комиссии №8067. Внутри царила официальная и упорядоченная атмосфера. В просторном зале с двух сторон стояли ряды столов, за каждым из которых сидело по три сотрудника. Все они были аккуратно одеты, в деловой форме. Процедура была чёткой: проверили загранпаспорта, внесли данные в списки и напомнили сложить заполненный бюллетень пополам.
Затем я прошёл за кабинку для тайного голосования. Выбор, честно говоря, не занял много времени — я потратил на раздумья секунды три. После этого направился к прозрачной урне.
Любопытный взгляд в урну
В урне уже лежало внушительное количество бюллетеней. Мне, признаться, не терпелось бросить взгляд на их содержимое. Подойдя ближе, я заметил, что просьбу складывать бюллетени вдвое многие проигнорировали. Однако большинство лежали чистой, белой стороной вверх, и разглядеть можно было лишь несколько. Из тех, что были видны, по моим субъективным оценкам, пять человек сделали, как мне казалось, «адекватный» выбор, и лишь один отметился «странным» решением.
Вот таким запомнился мой опыт голосования в российском посольстве в Ханое. Это было небольшое приключение, сочетавшее в себе гражданский долг, любопытство и необычные впечатления от дипломатической архитектуры. Спасибо, что дочитали этот рассказ до конца.
