Природа постепенно погружалась в унылую серость русского предзимья. Воздух был наполнен запахом сырой, увядшей листвы, а первый снег ещё не успел покрыть промёрзшую землю. Именно такая атмосфера идеально подходила для путешествия в ушедшую железнодорожную эпоху, чтобы стать свидетелем её тихого конца.
Путешествие в прошлое
Ранее я уже делился историями о путешествиях по Бологое-Полоцкой ветке. На этот раз мой путь лежал в глухие районы Псковской области, чтобы исследовать остатки ещё одной исторической железнодорожной магистрали, рождённой в Императорской России и медленно угасшей в наше время.
Я направлялся в сторону провинциального городка Гдов, расположенного на границе Псковской и Ленинградской областей. Через этот старинный городок столетие назад прошла стратегическая магистраль «Полоцк — Псков — Гдов — Нарва», построенная в годы Первой мировой войны.
История взлёта и падения
Ирония судьбы заключается в том, что пик активности на этой дороге пришёлся на 1941–1943 годы, когда территория была оккупирована немецко-фашистскими войсками. При отступлении в 1944 году значительная часть магистрали от Полоцка до Пскова и далее до Сланцев была уничтожена.
После Великой Отечественной войны советское руководство планировало восстановить разрушенную линию. Однако Псковщина так и не оправилась от последствий войны: деревни вымирали, а люди массово покидали эти места.
К середине 1950-х годов удалось восстановить лишь участок Гдов — Сланцы. Участок Сланцы — Нарва попал под затопление, а линии Гдов — Псков и Псков — Полоцк так и остались в планах на далёкое будущее. Тем не менее, на участке Ленинград — Сланцы — Гдов ещё долгое время курсировал пассажирский поезд и существовало грузовое движение, особенно активное из-за близости авиабазы Смуравьево.
Необратимый упадок
К 1990-м годам регион стал стремительно беднеть, а его жители — уезжать в поисках лучшей жизни. Гдов, чьё население в лучшие времена едва достигало шести тысяч человек, к середине 2010-х обезлюдел почти наполовину. Вместе с жизнью уходила и железная дорога. Ситуацию усугубила военная реформа конца 2000-х, в результате которой авиабаза Смуравьево была расформирована.
РЖД с начала 2000-х неоднократно пыталось закрыть убыточный маршрут и законсервировать ветку, но местные жители и власти долгое время этому сопротивлялись.
К концу нулевых грузовое движение окончательно прекратилось. Единственной нитью, связывавшей Гдов с внешним миром, оставался пригородный дизель-электропоезд (ДТ1) маршрута Санкт-Петербург — Гдов.
Формальный повод для закрытия
В 2010-2012 годах возник кризис с субсидированием пригородных перевозок. РЖД пригрозило закрыть убыточные маршруты. Вмешательство федеральных властей ненадолго заморозило вопрос, но компания нашла другой выход. Был издан внутренний нормативный документ, запрещающий курсирование пригородных поездов на расстояния свыше 200 км. Расстояние от Петербурга до Гдова составляло 223 км. Так появился формальный повод для ликвидации последнего поезда и консервации участка Сланцы — Гдов в 2013 году.
Что осталось от станции
С момента консервации прошло почти семь лет. Мне удалось увидеть, как выглядит «временное» закрытие железной дороги по-русски.
Пути заросли травой, светофоры демонтированы, станционные шкафы разграблены. Окна вокзала заколочены металлическими щитами, но внутрь можно легко попасть через зияющую дыру в двери.
Внутри валяются внутренние документы РЖД, из которых следует, что персонал станции был сокращён в начале 2013 года.
Журналы осмотра путей за 2011 год, должностные инструкции, старые газеты и плакаты — всё это брошено на произвол судьбы.
Помещения отапливались обычной буржуйкой. Сложно поверить, что это происходило во втором десятилетии XXI века всего в 10 км от границы с Европой.
Контраст поражает: скамейки из зала ожидания и корпоративная атрибутика РЖД соседствуют с церковными иконами, найденными в одном из помещений.
Безнадёжное будущее
Я абсолютно уверен, что эта станция, как и многие другие «временно законсервированные» объекты РЖД, никогда больше не откроется.
В 2015-2016 годах местные жители, отчаявшись, сдали в металлолом несколько километров рельсов. Как показывает практика, на других заброшенных линиях люди за пару лет могут незаметно разобрать и вывезти десятки километров пути.
После рельсов в ход идёт балласт, щебень и насыпь — всё, что может пригодиться в хозяйстве.
Так завершилась почти столетняя история ещё одной железнодорожной магистрали, окончательно уничтоженной в ходе «оптимизации» в условиях рыночной экономики. Я видел множество законсервированных линий, и ни одна из них так и не была reopened. Это не консервация, а долгий путь к полному забвению.
Больше актуальных историй и путешествий вы можете найти в моём Instagram — присоединяйтесь!
