Военные – ведущая общественная сила Судана
Ситуация в Республике Судан вновь оказалась в центре внимания международного сообщества после заседания Совета Безопасности ООН 10 декабря. Хотя страна находится под наблюдением Совета уже много лет, последнее обсуждение было сосредоточено на последствиях нового витка политической нестабильности, связанного с очередной сменой власти.
История переворотов: от независимости до наших дней
События 25 октября 2021 года — это уже третий государственный переворот в Судане за последние три года, причём два из них были успешными. Эта череда началась после свержения президента Омара аль-Башира в 2019 году. Однако сама история суданских переворотов уходит корнями в прошлое: первый произошёл в 1958 году, всего через два года после обретения независимости, а затем следовали в 1969, 1971 и 1989 годах. Было и множество неудачных попыток. Интересно, что сам аль-Башир пришёл к власти в результате переворота 1989 года, но впоследствии шесть раз переизбирался на всеобщих выборах. Наблюдения, сделанные во время визитов в страну, свидетельствуют о том, что при нём существовала определённая свобода для критики власти, что ставит под вопрос упрощённые оценки его режима как исключительно репрессивного.
Внешние факторы и геополитическое давление
В развитии Судана внешнее влияние часто оказывалось сильнее внутренних процессов. Страна столкнулась с жёсткими санкциями и была объявлена «террористическим государством» после бомбардировок США в 1998 году. Внешние силы методично подпитывали внутренние конфликты, сначала способствуя переходу к федеративному устройству, а затем разжигая противоречия в регионах, таких как Дарфур и южные территории. Передача ситуации в Международный уголовный суд в 2005 году, несмотря на неприсоединение Судана к его Статуту, стала инструментом внешнего контроля. Ордера на арест для аль-Башира и других высокопоставленных лиц создали правовой прецедент для вмешательства.
Распад государства и борьба за ресурсы
Одним из ключевых и трагических итогов этого давления стал распад страны в 2011 году и образование Южного Судана. Формально это был результат референдума, однако его организация вызывает серьёзные вопросы. Референдум проводился только на территориях, стремившихся к отделению, а не среди всего населения страны. Это решение, принятое вскоре после выдачи ордера на арест президента, выглядит частью стратегии по расчленению крупнейшего африканского государства и отсечению от него основных нефтеносных районов. До разделения Судан обладал одними из крупнейших запасов нефти в Африке. Сегодня Южный Судан получает около 70% ВВП от нефти, в то время как на территории самого Судана осталась ключевая инфраструктура — нефтепроводы.
Двойные стандарты и роль армии
«Международное сообщество» демонстрирует двойные стандарты в отношении суданских событий. Свержение законно избранного аль-Башира в 2019 году не вызвало серьёзного осуждения, в то время как действия нынешних властей подвергаются жёсткой критике. Возможно, это связано с внешнеполитической ориентацией страны. Аль-Башир стремился к восстановлению отношений с Россией, предлагая ей стать «мостом в Африку», и обсуждал создание российской военной базы. Судан продолжает сопротивление внешнему давлению во многом благодаря особой роли армии. И аль-Башир, и нынешний лидер Абдель Фаттах аль-Бурхан — генералы, а военная элита традиционно занимает ведущие позиции в политике.
Как отмечал министр иностранных дел РФ Сергей Лавров, Россия стремилась сохранить территориальную целостность Судана, а признание независимости Южного Судана последовало только после согласия самих суданских сторон. При этом Лавров подчёркивал, что решение о разделе было навязано «рядом внешних игроков, прежде всего США».
Октябрьские события: переворот или его предотвращение?
Есть основания рассматривать события 25 октября 2021 года не как переворот, а как меру по предотвращению более масштабного кризиса. За неделю и за три дня до этих событий российские дипломаты предупреждали о дестабилизирующей деятельности внешних сил в Судане. Визиты в Хартум прокурора МУС Фату Бенсуды и обсуждение вопроса о выдаче Омара аль-Башира создавали крайне напряжённую обстановку. Выдача бывшего президента — это вопрос не только личности, но и национального суверенитета, а также статуса военных как ключевого института государства. Официальный представитель МИД России Мария Захарова указывала, что аль-Бурхан, как фактический глава государства и главнокомандующий, имел полномочия распустить переходное правительство. Поэтому Россия рассматривает произошедшее как внутреннее дело Судана.
Путь к нормализации и позиция России
Ситуация постепенно стабилизируется. Военное руководство демонстрирует готовность к диалогу: 21 ноября было подписано политическое соглашение между аль-Бурханом и свергнутым премьер-министром Абдаллой Хамдуком. Позиция России, отказавшейся осуждать военных и выступающей против внешнего вмешательства, оказалась дальновидной. На заседании СБ ООН западные страны резко критиковали суданские власти, следуя риторике генсека ООН Антониу Гутерриша. В отличие от них, представитель РФ осудил «политическое давление» и «экономический шантаж» в отношении Судана, подчеркнув важность партнёрства военных с гражданскими силами как гарантии стабильности. Высокая оценка координации между Москвой и Хартумом и принцип невмешательства были вновь подтверждены в телефонном разговоре Лаврова и аль-Бурхана 16 декабря.
#политика и общество #политика #страны мира #путишествия #страна для жизни #пизиции #люди #политика партии
Обратите внимание: Раки. Закуска с материка Гондвана. Загадки Мадагаскара.
Больше интересных статей здесь: География.
Источник статьи: Суданские загадки.
