В израильской прессе активно обсуждается судьба примерно 220 тысяч нелегальных мигрантов в условиях пандемии коронавируса. Эта цифра становится особенно значимой, если учесть, что общее население страны составляет около 9 миллионов человек. Для сравнения, пропорционально это сопоставимо с 5 миллионами нелегалов в России или 12 миллионами в США. Состав этой группы разнообразен: около половины — беженцы из африканских стран (Судан, Эритрея, Нигерия, Кот-д'Ивуар), треть — выходцы из Южной Америки и Филиппин, а остальные — преимущественно из стран бывшего СССР (Украина, Грузия, Молдова).
Правовой вакуум и социальная изоляция
Израиль представляет собой уникальный случай — в стране практически отсутствует законодательство, регулирующее трудовую миграцию и статус беженцев. Речь не идёт о репатриации евреев, а именно о тех, кто прибыл в поисках работы или убежища. Эти люди находятся в правовом вакууме: у них нет законного статуса, доступа к системе здравоохранения или социальной защите. Депортация затруднена из-за отсутствия документов и нежелания стран исхода сотрудничать, а предоставление гражданства не рассматривается. В результате они годами живут в подполье, ютясь в перенаселённых квартирах в неблагополучных районах Тель-Авива, работая неофициально и часто вовлекаясь в криминальную деятельность.
Поколение без будущего
Особую тревогу вызывает ситуация с детьми нелегалов, которых насчитывается от 15 до 20 тысяч. Большинство из них рождаются без документов, лишены права посещать детские сады и школы, не получают регулярных медосмотров и прививок. Их существование практически не регулируется государством, что создаёт риски для общественного здоровья.
Медицина по милости
Доступ к медицинской помощи для нелегалов крайне ограничен. Они не могут просто обратиться в государственную больницу. Серьёзные заболевания, такие как туберкулёз, часто остаются без лечения. Единственной надеждой для многих становятся гуманитарные поликлиники, организованные волонтёрскими организациями, где врачи и медсёстры, включая автора статьи, работают на добровольных началах, оказывая базовую помощь.
Карантин, который не для всех
На фоне жёстких карантинных мер, введённых в Израиле (закрытие границ, остановка транспорта, запрет на выход из дома), ситуация с нелегальными мигрантами выглядит особенно парадоксально. На них эти ограничения практически не распространяются. Загнать их «по домам» невозможно — у многих нет нормального жилья. Невозможно их и оштрафовать — нет документов, счетов, денег. Полиция избегает контактов с ними, опасаясь как болезней, так и затрат на их содержание в случае задержания. В результате, пока основное население соблюдает изоляцию, нелегалы, составляющие до трети населения Тель-Авива, ведут привычный образ жизни, их неформальные кафе и лавки работают, а опустевшие улицы стали ареной для роста уличной преступности.
Другие группы вне контроля
Проблема не ограничивается нелегальными мигрантами. Значительная часть арабских граждан Израиля (более миллиона человек) также слабо соблюдает карантин из-за культурных особенностей, скептического отношения к медицине и недостаточного доступа к ней. В их населённых пунктах жизнь идёт почти в обычном режиме. Аналогичная ситуация наблюдается и среди ультрарелигиозных еврейских общин, насчитывающих сотни тысяч человек, которые продолжают проводить массовые мероприятия, полагаясь на защиту свыше.
Иллюзия контроля над эпидемией
Автор, не будучи специалистом в эпидемиологии, задаётся вопросом: как можно говорить об успехах в борьбе с вирусом, если значительная часть населения (нелегалы, часть арабского и ультрарелигиозного секторов) фактически выпадает из-под контроля государства и системы здравоохранения? Эти группы, живущие в условиях скученности и без доступа к медицине, являются потенциальными резервуарами инфекции. Любое ослабление карантина для основного населения может мгновенно привести к новой волне заболеваний, источником которой станут эти неконтролируемые анклавы.
Наблюдая эту картину, автор приходит к выводу, что принимаемые властями жёсткие меры не только наносят колоссальный экономический ущерб, но и являются по сути бессмысленными, поскольку не затрагивают ключевые группы риска. Этот диссонаанс между официальной риторикой и реальностью на улицах заставляет его усомниться в адекватности всей кампании по борьбе с коронавирусом.
Автор подчёркивает, что это его личная точка зрения, которая может не совпадать с мнением других.
